Samuel Barnett’s Interview with Max Landis (Rogue Magazine Issue #5)

6 марта 2017 / Без рубрики



 

Samuel Barnett’s Interview with Max Landis (Rogue Magazine Issue #5)

Написано: Betsy Belle Camacho 

Проводит интервью: Max Landis 

Адаптация на русский: @get_out_of_my_tardis (Johnathan Tucker) 

Макс Лэндис: Так, Сэм, сейчас я буду брать у тебя интервью! 

Сэмюэл Барнетт: Странно звучит, не так ли? Ладно, за дело! 

МЛ: Да, невероятно! Итак, ты стал актёром в раннем возрасте. Учился в ЛАМДе (Лондонская Академия Музыки и Драмы), правильно? 

СБ: Да, учился в ЛАМДе, но до нее играл, как любитель. У меня не было никакой возможности заниматься чем-либо профессионально, ведь я рос в маленьком рыбацком городке на севере Англии. То и дело играл в школьных постановках, мюзиклах и тому подобном. 

МЛ: Даже занимаясь не профессионально, казалось ли это чем-то настоящим? Чувствовал ли ты себя актёром с того самого момента? 

СБ: Не совсем. Считал, что актёрство – это удел лишь профессиональных актёров, а то, чем маялся сам, было безделушкой. Помню, что игра давалась мне естественно, будто была совершенно обыкновенным делом, но никогда не задумывался о ней, как о работе. Кстати, я ещё и танцевал с девяти лет, хотя перед публикой некомфортно себя чувствовал, чего никогда не возникало во время игры. Актёрство было продлением моего детского воображения, но точно не первым карьерным шагом. 

МЛ: Был ли момент озарения, когда ты наконец-то ощутил себя настоящим профессиональным актёром? Как: «Наконец-то это произошло. Я больше не дитя Йоркшира, Я — актёр»! 

СБ: Думаю, часть меня навсегда останется тем ребёнком-актёром из Йоркшира, но нечто такое было, когда я попал в свой первый сериал. Спустя несколько месяцев после окончания драматической школы, я снялся в сериале «Секретные материалы Стрейнджа» («Strange») – ответ BBC американским «Секретным материалам». У меня была роль постоянного персонажа, и я думал «ох, так вот каково, наверное, быть профессиональным актёром» только потому, что мне за это платили – из-за чего я, кстати, ощущал себя не в своей тарелке. Привычка играть бесплатно. Это приятное занятие, так что мне до сих пор неловко получать деньги за то, что мне легко даётся и нравится делать. 

МЛ: Всё хотел спросить тебя: будучи Джентли, и Ренфилдом (персонаж Барнетта из «Ужасов по дешёвке»), ты играешь ярких, эксцентричных, немного мультяшных персонажей. Как ты входишь в их образ? Ты как-то говорил мне о поисках истины и настоящих эмоций в персонаже. Это невероятно, потому что они немножко не от мира сего. 

СБ: Всё берется из сценария. Они могут прикинуться клоунами, лишь бы скрыть какую-то тайну. Думаю, всё изложено на бумаге. То, что у Дирка есть свои скелеты в шкафу, ты сам написал. К тому же, я люблю играть персонажей, которые не оправдывают твоих ожиданий. Они выглядят шутами, но вдруг случайно могут тронуть до глубины души. Может, это как-то связано с тем, что я привношу в персонажей. Некоторое время я был необыкновенно одиноким и вечно грустил. И то, что было у меня в прошлом, было чем-то, из чего я черпал вдохновение. Сейчас, конечно, такого меньше, потому что я стал более счастливым человеком. Это довольное больное место для меня, поэтому, думаю, я привнёс это во многих моих персонажей, и поэтому, возможно, играл однотипные роли. 

МЛ: Интересно, что ты это упомянул. Считаешь ли, что тебя втягивают раскрывать свою грусть и что осознанно навязывают этот образ мышления? 

СБ: Пожалуй, что-то такое есть в театре. И немного в Дирке. До этого я не играл на телевидении таких персонажей. На телевидении он первый, кого я играю в таком стиле после долгого времени. Я не актёр переживания, не углубляюсь в своего персонажа. Но, конечно, мне нравятся персонажи, которые сыграны, но не слишком увлекаюсь ими: играя их сущность, не забываю оставаться самим собой. После легко сбрасываю образ, ну или так мне всегда кажется. Иногда после съёмок понимаю, что чуть-чуть стал своим персонажем. Думаю, это неизбежно. Если вы занимаетесь чем-то изо дня в день, будь то театром или ТВ, то, после долгого промежутка времени, вы так или иначе немного возьмёте от своего героя. 

МЛ: Мы прописали немножечко грусти к Дирку в сериале. Мы долго работали вместе, чтобы сделать его менее безалаберным. Мне казалось, что поверхностно-беззаботная, искусственная, любезная, лёгкая версия героя из комикса, которая с лёгкостью свернёт горы, не будет убедительной – слишком отдаёт Шерлоком. 

СБ: Согласен. В нашем Дирке есть драма. 

МЛ: Да, неотъемлемая драма, и ты свидетель, что Дирк постоянно ведёт борьбу со своими демонами. Даже когда он делает вид, что это не так, у него на самом деле очень тяжёлое и смутное время. 99% времени. 

СБ: Вот за что мне он и нравится. Без шуток. Ища вещи, которых не видят другие, он борется с тьмой. А со стороны лишь кажется, что ему просто всё очень тяжело даётся. Думаю, всё вокруг него намного необычайнее, больше, чем сама жизнь, в том числе и глубина печали, которую он так тщательно старается скрыть. 

МЛ: Как тебе реакция фанатов на шоу? 

СБ: Знаешь, она ведь заставляет задуматься, потому что самое приятное в ней это: А) люди приняли с теплом; Б) у шоу есть жизнь вне нас. Вне тебя и меня, и остальных, кто работает над сериалом. Он стал чем-то для людей. Горжусь. 

МЛ: Просто чертовски рад, что сериал нравится людям. 

СБ: Да, это великолепно. 

МЛ: Есть что сказать фанатам? 

СБ: Так и хочется сказать: «Я хочу поблагодарить фанатов», потому что они стали неотъемлемым компонентом шоу. Люди подключились к нему, отреагировали, и я рад, что оно им понравилось, рад, что понравились герои. Но больше всего, я рад реакции фанатов книг, которым всем без исключения понравился сериал. По крайней мере, от тех, от которых я слышал. 

МЛ: Мне кажется, что, если ты настоящий фанат книг, ты догадываешься, что делать из них сериал – затея не из лучших. Что за эту работу возьмётся лишь дурак. Поэтому то я и считаю, что ты обязан создать что-то новое в этой вселенной, чтобы по-настоящему отдать дань книгам. А твой Дирк Джентли немного моложе, худее и менее уверенный в себе. Я вот к чему клоню: книжный Дирк или нет, твоя игра свойственна стилю Дугласа Адамса. 

СБ: Соглашусь. Может, поэтому людям и нравится. Фанатам книг. Весь сериал сделан в духе Дугласа Адамса. 

МЛ: Помнишь, когда у тебя во время прослушивания в Лос-Анджелесе был инцидент с Элайджей? 

СБ: Боже, да! Я тогда совсем ничегошеньки не знал об Элайдже. Он качался из стороны в сторону, я толкнул его, и он жёстко приземлился об дверь, на секунду в голове пронеслось: «Господи! Я сломал Элайджу Вуда!». На тот момент я не знал, что он в этом мастак – бросать себя без всяких ушибов, словно мячик! Понятия не имел, считал, что ударил его не рассчитав сил и сделал больно. Но оказалось, что у него чертовски сильный торс [смеётся]. 

МЛ: Он очаровашка и с ним легко ладить. Работая совместно, вы меня очень вдохновили. 

СБ: Как по мне, так мы сразу нашли общий язык друг с другом. 

МЛ: Однозначно. Теперь, оглядываясь назад и сравнивая то, что ты переживал на кастинге, нынешний успех сериала и огромное количество артов с тобой, что чувствуешь? Верится, что всё это – не сон? 

СБ: Я очень горд, но, в то же время, и взволнован. Там, на съёмочной площадке, особенно заметно, что все актёры лишь винтики в машине. Не в плохом значении, у каждого из нас есть своя роль в этом гигантском механизме, дабы оживить его. Я смотрю арты фанатов, читаю твиты пишущих мне людей и прочее, и меня это смущает. Но это смущение вполне объяснимо. Приятно быть частью чего-то, что люди приняли близко к сердцу, и любят, и поддерживают, и хотят ещё больше этого. Конечно, радостно быть частью всего этого. Насколько мне известно от фанатов, они довольны сериалом. И я испытываю прекрасное чувство, играя в нём.

 

(Перевод от сообщества "Легендарная Секта". Делиться только репостом, воровство можем и наказать.)

 

Комментарии закрыты.